Фотобанк "ГеоФото" - Национальный Фотархив: фотографии для СМИ, полиграфии и рекламы! Тел +7(495)648-47-01 geophoto@geophoto.ru  English 
Фотобанк Гео Фото. Фотографии природы России и Мира



Коллекции:

Календари
Репортажи



Пополнения

Гео-темы
Другие



Каталоги:

Гео каталог
Объектный
Авторы
Портфолио
Гео-Арт

Экспедиции
Фототуризм

Контекстный поиск от Google(tm). Поиск по коду фотографии.
Loading

  Всего страниц : 984 


Вход для клиентов

Логин
Пароль
Регистрация
Забыли?

Вход для фотографов

Логин
Пароль


Наши сообщества: Подписка на новости:

Главная :: Экспедиции :: Новости экспедиций :: Сойоты Восточного Саяна 2007

Новости экспедиции "Сойоты Восточного Саяна".


30.06.2007

Объявляем об официальном старте экспедиции "Сойоты Восточного Саяна". 1 июля экспедиционная группа №1 отправляется в Иркутск. 5 июля участники переедут из Иркутска в село Орлик, (Окинский район республики Бурятия). Там, в Окинской долине, им предстоит в течение двух месяцев собирать этнографический материал и снимать фотоочерк о сойотах - коренном малочисленном народе Восточного Саяна.

Протяженность маршрута экспедиции по Окинской долине составит более 3000 километров. В ближайших планах группы №1 - окончательное определение маршрута на июль и прокладка маршрута для основной группы №2, которая прибудет в Окинский район в августе.

Экспедиция состоит из двух этапов, продолжительностью по 28 дней каждый. Первый этап завершится 28 июля. Сроки проведения второго этапа - с 1 по 28 августа 2007 года. В течение всего времени работы экспедиции любой желающий может связаться с руководителем проекта по спутниковому телефону Iridium 8816-316-19149 и задать вопросы о проекте "Сойоты Восточного Саяна",  а также узнать последние новости из жизни экспедиции. Звонок является платным для вызывающей стороны.


Москва. Ярославский вокзал. До Иркутска 3 дня пути на поезде "Байкал".  До возвращения в Москву  2 месяца.

 

 

Июль

В поезде, как всегда, забили купе рюкзаками до верху, отхватили приличный кусок у соседей. Все-таки багажные полки явно маловаты. В одном вагоне с нами на Байкал едут англичане, абсолютно искренне удивляясь самым обыденным вещам. Ребята, лет 16-17, наши соотечественники, уже провели с иностранцами «просветительскую» работу, и тем уже не надо объяснять смысл фразы «two liters for tomorrow».

Днем в розетках чудесным образом появляется электричество, но попытка запитать ноутбук была пресечена бдительной проводницей: сеть на компьютер не рассчитана. Зато она рассчитана на пылесос, которым каждый день по полчаса убирают вагон. Не долго думая, мы провели под одеялами целую электросеть, подключив к розетке, через «пилот», ноутбук, телефоны и зарядное устройство от фотокамеры. Со стороны этих коммуникаций не видно, зато есть ощущение восстановленной справедливости.

 

Наш поезд прибыл в Иркутск в 9.40 утра по местному времени. Нас встречал специалист по работе с коренными малочисленными народами администрации Окинского района Бадма Дондоков. Бадма родился в селе Сорок, одном из центров проживания сойотов Окинской долины, и хорошо знает сойотский язык и культуру. Жамсо Ангархаев, наш водитель, всю дорогу посмеивался над Бадмой: дескать он безвылазно сидит на своем летнике, и кроме оленей и яков ничего вокруг не замечает.

До Орлика мы добирались 7 часов, всю дорогу шли под 140 км/час и лишь на грунтовке, внезапно оборвавшей асфальт за поселком Монды, сбросили скорость до 80 км/час. Порой на виражах у нас закладывало уши. Жамсо, казалось, даже не замечал проносящихся со свистом телеграфных столбов. Благо, и без того тяжелый джип Toyota Land Cruiser, был доверху забит снаряжением и пятью пассажирами в придачу.

В Орлик добрались около 17.00. Еще двадцать лет назад в село, где сейчас проживают около 2200 человек, не было дороги, и все сообщение с остальной территорией Бурятии шло по знаменитой Окинской тропе. Во многом благодаря отсутствию хорошей трассы, долина долгое время оставалась закрытой от внешнего мира, сохраняя культуру и традиции окинских сойотов и бурят.

Завтра мы отправимся в сойотское село Сорок, откуда двинемся на оленеводческие и яководческие фермы в верховьях реки Сорок.


 

Отъезд на оленеводческую ферму задержался на один день: 6 июля нас пригласили на единственный в селе Орлик концерт Бурятского государственного национального театра песни и танца "Байкал".

7 июля экспедиция отправилась на оленеводческую ферму, расположенную в 20 км от села Сорок, самого крупного центра проживания сойотов в Окинском районе. Весь путь до фермы мы проделали на ГАЗике, перелетая от одного борта к другому и подскакивая на ухабах. Примерно на половине пути наш водитель Самбо остановился возле обо Одинокий Кедр - скалы, неведомо откуда возникшей среди поросших лиственницами горных хребтов. Сюда ходят поклоняться духам-хозяевам гор. Неподалеку от летника Урда-Уре мы заехали к хозяевам оленеводческой фермы - семье Шараевых.

Баир Шараев был одним из первых, кто начал возрождать оленеводство в Окинском районе. Сегодня он единственный, кто держит оленей в Окинской долине. Сейчас олени живут на летней стоянке. Мы поставили свои палатки буквально в десятке метров от загона, и каждое утро просыпаемся от мелодичного звона колокольчиков, привязанных к шеям вожаков. Кроме нас здесь три человека - младший брат Баира - Юрий Шараев, его жена Цыбык и их четырехлетний сын Бэликто.

В первый же вечер хозяева показывали нам, как готовятся позы - мясное блюдо наподобие мантов, популярное в Бурятии. Обычно для поз используют говядину или баранину, но на летнике было только мясо изюбря. Мы попробовали слепить настоящие позы, но всякий раз получались одни пельмени. После нескольких попыток, нам удалось-таки сотворить нечто, по форме отдаленно напоминающее юрту, какой и должна быть настоящая поза.

8 июля с самого утра экспедиция трудилась, не покладая рук. У сойотов, как и у родственных им тофаларов, распространена верховая езда на оленях. Нам показывали, как правильно седлать оленей, рассказывали об отличиях в конструкции седел, используемых для перевозки грузов. Практически весь обед мы снимали предметы повседневного быта оленеводов, а вечером отправились с семьей Шараевых на соседнюю гору за золотым корнем.

Вечер закончился внезапной остановкой генератора: экспедиция осталась без электричества. Буквально через полчаса, когда на почти севшей батарее мы передавали в Москву новости, к загону подошли волки. Юра несколько раз выстрелил из ракетницы, чтобы отпугнуть стаю. Тем временем, батарея разрядилась окончательно. Новости передать не смогли.
 

Утром 9 июля генератор запустился с пол-оборота как ни в чем ни бывало. Пока заряжались батареи и ноутбук, мы доили оленей. Совместными усилиями нацедили полкружки густого жирного молока: такого много не выпьешь.

Раз в день оленей подкармливают солью: ради этого лакомства все стадо бросается к холщовому мешочку и буквально вырывает белые крупинки из рук хозяев. С такой же жадностью олени облизывали наши руки, когда мы оказывались в загоне.

Еще в первый вечер на подоконнике мы заметили игрушечного деревянного медведя. Оказывается, недавно Баир подарил брату набор для резьбы по дереву. В свободное время Юра берет инструмент и садится за работу. Основной материал для поделок - легкая древесина кедра. Кедрача вокруг летника нет, разве что одиночные деревья. За сухим кедром для нам пришлось идти вверх по ручью.

Вечер прошел под девизом "Умелые руки - лекарство от скуки": хозяева и команда экспедиции дружно пилили и резали. Юра делал маленький мориин-хор, бурятский музыкальный инструмент, Бэликто с мамой - деревянный нож, а мы с грехом пополам создали некое подобие лошади и столовую ложку.

На следующий день, 10 июля, за нами заехал Бадма, чтобы отвезти на яководческую ферму, расположенную выше по течению реки Сорок в местности Сорогой-Эхин. Дорога, как обычно в этих местах: надрывный рев двигателя ГАЗика, полеты от одного борта к другому, тяни-толкай и тяжелая атлетика с использованием лома.

На ферме у самого подножья горы Хатан-Ула живет семья Дондоковых. Пасут коров, держат яков (здесь их называют сарлык), и хайнаков - причудливую мохнатую помесь яка и коровы.

Если все пойдет согласно плану, экспедиция пробудет на ферме до 18 июля.
 

11 июля. Первый день на ферме, одной из последних по реке Сорок. Выше нее по течению находятся лишь две небольшие фермы: мы забрались в труднодоступный и малонаселенный район. Сейчас здесь семь человек: хозяин фермы - Булыт Сыренович, его жена Раиса Владимировна, их старший сын Ринчин со своей невестой Настей, Батор - младший сын, бабушка Хорлу Сыреновна и Аюр - племянник Раисы Владимировны.

Пока установилась теплая погода, вся семья занята обработкой шкур. Целый день Батор и Аюр по очереди мнут их в специальной вертушке (эрьюлгэ), которую вращает лошадь. Время от времени Булыт Сыренович и Раиса Владимировна снимают шкуры, растягивают их и мажут говяжьим жиром, а затем снова закладывают в вертушку. Раньше для этого использовали конский жир, который лучше смягчает кожу. Полный цикл обработки занимает пять-шесть дней.

12 июля. Ринчин и Настя уже третий день ищут пропавшего коня. Его видят то тут, то там, но поймать не могут. Самое загадочное в этой истории то, что конь был стреноженный и уйти далеко не мог. К поискам подключились даже Батор с Аюром. Мы дали им рации, в надежде, что это хоть как-то поможет в розысках. Ребята объездили все окрестности, но безрезультатно.

Тем временем, неподалеку от эрьюлгэ Булыт Сыренович начал копать небольшую яму глубиной полметра. Через день там будут дубить (по словам Булыта - красить) шкуры. По традиционной технологии кожа дубится на дыму, без использования химических компонентов. Такие шкуры не едят насекомые, и в них не заводятся паразиты.

Вечером погода стала портиться: начался мелкий затяжной дождь. Уже в сумерках мы сели на лошадей и поехали загонять яков. В плохую погоду, когда уровень воды в реке поднимается, стадо пасется в полукилометре от фермы на безлесном склоне горы. В жару, напротив, яки уходят от загона на несколько километров, и чтобы их собрать вместе, пастухам приходится изрядно потрудиться.

13 июля. Дождь не прекращается. День вновь начался с поисков лошади. Больше всех ее пропажей расстроена Настя, ведь именно на ней она должна вернуться в село Орлик. Мы шутим, что пора из этой истории сделать легенду для заезжих журналистов. Впрочем, в этих местах мы первые. Большая часть фотографов и корреспондентов работает, как здесь говорят, "вдоль трассы": часто ездят к Шараевым, в села и Долину Вулканов.

На летниках вдоль Сорока, как и по всей Окинской долине, двери не запираются на замок. Такого понятия, как "воровство" здесь попросту не существует: вокруг живут либо родственники, либо дальние родственники. Уезжая куда-либо по делам, хозяева лишь подпирают дверь толстым поленом, чтобы звери не растащили продукты.

Днем Раиса Владимировна испекла белый хлеб (черный здесь не делают, и "магазинский" тоже не жалуют). Тесто готовится самое простое, а вместо дрожжей используется опара. Длинный, около полуметра, "кирпичик" выпекается на углях в железной форме около часа. Одной такой буханки хватает на два дня.

Из-за постоянного дождя никак не можем докрутить шкуры. С утра хотели было сходить в лес, чтобы набрать еловых шишек для "покраски", но уровень воды в Сороке поднялся чуть ли не на метр.
 

13 июля. После обеда приехали ребята с соседнего летника, чтобы поймать молодого жеребца. Ринчин несколько раз пытался набросить петлю на шею коня, но безрезультатно. Наконец он попал, и трое крепких ребят в течение почти десяти минут буквально летали по загону, стараясь свалить на землю и связать невысокого белого жеребца с коричневыми пятнами на боках. В какой-то момент конь чуть оступился и грузно свалился в густое месиво грязи. На него тут же надели упряжь, хазар, и еще полчаса гоняли по огромному огороженному полю, чтобы вымотать окончательно.

Уже под вечер мы развели возле палаток костер и хозяева показали нам, как правильно варить
традиционный чай. Его еще называют "бурятским" чаем. Сначала на огне обжаривают ржаную муку до золотистого цвета, затем в нее добавляют масло, тщательно перемешивают, доливают кипяток, чуть варят, но не до кипения. В самом конце добавляют заварку и соль.

14 июля. Проливные дожди вроде бы прекратились. Наконец-то съездили к Бато Дондокову и его жене Баярме посмотреть, как делают традиционный шерстяной матрас. Река вздулась, и переправляться через нее пришлось на ГАЗ-66.

Баярма научилась работать с шерстью только здесь, в Оке. Шерсть равномерно кладут на мокрую мешковину в 3 ряда, один на другой, чтобы не было дырок, и поливают через дуршлаг горячей водой. Затем берут толстую палку, и наматывают на нее мокрый матрас, как на бобину. Получается плотный рулон, который зашивают по краю и, продолжая время от времени поливать горячей водой, катают по полу около часа, чтобы шерсть хорошо свалялась. На один небольшой матрас уходит около 100 литров воды.

Вечером случилось чудо: на обратном пути увидели солнце!

15 июля. Почти весь день спали, даже к столу подходили крайне редко, чем удивили наших гостеприимных хозяев. Еда у нас традиционная для этих мест: чай с молоком, "бурятский" чай, суп из отваренного в собственном соку и засоленного мяса (хурган-мяхан), хлеб. По вечерам крутим сепаратор: делаем сливки, которые здесь называют сметаной. Попутно собираем в ведра обрат - обезжиренное молоко, фактически, молочную сыворотку, которую по вечерам дают пить коровам и хайнакам.

16 июля. Встали в 7.30 - впервые!!!! Сегодня для нас выдающийся день - после затяжных дождей и недели равнинной жизни отправляемся покорять горные выси (по правде говоря, небольшие). В 10 утра вышли покорять Хатан-Улу - 2234 метра. Машу Игнатову, ассистента фотографа, оставили готовить лагерь на половине пути. Около 14.30 начали подъем. В лиственничнике обнаружили огромное количество следов изюбрей. К 16.00 уже были на вершине. Снялись с флагом BASKа и в наших майках. Только начали спускаться, как пошел дождь. Не успели мы дойти до границы леса, как нас окликнули: на склоне показался "спасательный отряд" во главе с Бадмой. Дождь полил как из ведра. Внизу были в 21.00.

Ночью в палатке еще раз внимательно сверились с картой - это не Хатан-Ула (хотя местные жители считают именно так), а совершенно иная гора - Сахир-Шулутын-Ундэр. Высота - 2902 м.

17 июля. Наконец-то пришла ясная жаркая погода, и мы развили сумасшедшую активность - первый солнечный день за целую неделю. С двух летников приехали Бато Дондоков и Володя Дондоков прокалывать хайнакам кадык, чтобы быки не смешивались с яками и не портили породу. Кололи 3 быков, один из них от боли взбрыкнул и, моментом сломав загон (хуре), убежал на пастбище. 500-килограммовая туша, словно танк, вырвалась из хуре: мы лишь бросились врассыпную.

Отдохнув от дел животноводческих, все сосредоточились на дублении кожи. Здесь ее дубят при помощи дыма от древесной трухи, который придает шкурам палевый оттенок.

 

18 июля. Сегодня мы уезжаем от Дондоковых, хотя до чертиков хочется остаться. 21-22 июля в селе Орлик пройдет праздник Сурхарбаан, на который нас пригласили еще в начале июля, и мы не можем отказаться.

Опасаясь застрять на разбитой дождями дороге, Бадма раздобыл ГАЗ-66. В него плотной кучкой набились не только мы с вещами, но и родственники нашего водителя Баира, которые переезжали на другой летник. Через реки, долины и перевалы за пять часов дотряслись до села Сорок, в который раз убедившись в справедливости мнения: российским дорогам - российские машины.

В Сороке нас "накрыли" непривычные, давно позабытые ощущения - люди на улицах, обращенные на нас внимательные взгляды. Обычная неспешная сельская жизнь нарушена: в Сороке проходил Сурхарбаан - летний национальный бурятский праздник. Оказывается, света в селе нет третий день, но это, кажется, именно тогда мало кого волновало. Вечером "дернули" генератор и отсмотрели цифровой фотоматериал - нам его предстоит показывать на районном Сурхарбаане в Орлике.

19 июля. Уже под вечер поехали в Орлик. Поистине, отечественные машины - чудо техники. После праздника все машины разъехались, а водители оставшихся еще со вчерашнего вечера настолько увлеклись Сурхарбааном, что помочь нам не могли. Кое-как раздобыли попутный УАЗик, в который кроме нас четверых влезло еще 13 человек.

В Орлике недолго думая разбили палаточный лагерь прямо во дворе дома, где живет Бадма Дондоков. Улицы здесь расположены террасами, одна над другой, и первые утренние пешеходы были мягко говоря удивлены внезапно возникшими за одну ночь цветастыми палатками. Света в селе не было, и опять пришлось запускать генератор. Но это лишь полбеды: отсутствие электричества означает отсутствие мобильной связи, а значит и доступа к электронной почте.

Связь появилась лишь к ночи, и мы тут же стали загружать на сервер отснятый материал.

20 июля. Исключительно хлопотный день: с утра пошли в музей, осмотрели экспозицию и пришли в восторг от предметов быта окинских бурят и сойотов. Сразу же стали договариваться о фотосъемке экспозиции, прекрасно понимая, что на это уйдет не один день. Буквально через 10 минут после музея встречались с главой Окинского района Баиром Шарастепановым. Мы рассчитывали на получасовую встречу, а в результате почти полтора часа говорили об истории региона, о нашем маршруте и планах на будущее.

Завтра на Сурхарбаане, который в этом году совпал с 80-летием села Орлик, экспедиция покажет слайд-шоу из отснятого материала.  Дабы не ударить в грязь лицом, почти до утра обрабатывали фотографии, просматривали их по несколько раз, чтобы зрители увидели небольшой рассказ об экспедиции и людях, которых мы встретили.

21 июля. Долгожданный день для всех окинцев  – национальный праздник Сурхарбаан. В переводе – нечто вроде троеборья для настоящих мужчин – состязания по стрельбе из лука, конные скачки и борьба «три точки» (проигрывает тот, кто касается земли тремя точками тела). Правда, цивилизация внесла свои поправки  – кроме национальных видов спорта проходят соревнования по волейболу среди мужских и женских команд. Этот вид спорта очень популярен в Бурятии, и, как говорят, окинцы, кто не играет в волейбол, тот не настоящий человек. Сейчас Сурхарбаан – не исключительно мужской праздник, а в стрельбе из лука вообще лидируют девушки. Среди участников соревнования в этом виде спорта был только один мужчина.

Торжественное открытие праздника было освящено молитвой Норбо ламы, гимном Орлика (проведение Сурхарбаана совпало с 80–летием поселка) и парадом представителей сельских поселений Окинского района в национальных костюмах – сойотских и бурятских.

На районный Сурхарбаан приехали жители самых отдаленных поселений – суровая жизнь окинцев не избалована праздниками, а это уникальная возможность показать себя и посмотреть на других посмотреть. После народного гуляния все, от мала до велика, отправляются на добычу «зеленого золота» – так в Оке называют заготовку сена для скота.

Постигнув все тонкости национальных спортивных состязаний, мы отправились на увлекательное мероприятие – бурятский спектакль «Болдей  – сын Толдея» (вечный сюжет  – родители пытаются женить сына). Не понимая ни слова, мы тем не менее хохотали  до коликов в животе.

После спектакля, дождавшись темноты, наша экспедиция провела показ уже отснятого фотоматериала.

22 июля. Весь день проходили финальные игры по волейболу, борьбе и стрельбе из лука.  Вечером организаторы праздника провели любительские состязания по перетягиванию каната. Когда соревновались команда Орлика с командой поселка Саяны – канат просто порвался на две части. И неудивительно – за Орлик «тянул» наш водитель, огромный и добродушный Жамсо Ангархаев (в команде соперников в качестве эквивалента «борцу сумо» выставили двоих человек).

В этот же вечер на приеме в юрте у главы Саянского поселения мы отведали еще одно национальное блюдо – саламат – кашу из муки грубого помола сваренную в сливочном масле. Несколько ложек этой каши дают ощущение сытости на долгое время.

Завтра нам предстоит фотосъемка в Историко-краеведческом музее Орлика и отъезд в село Сорок. Оттуда мы поедем по летникам, расположенным вдоль реки Тустук.

23 июля. До обеда мы с головой ушли в фотосъемку предметов быта из экспозиции Историко-краеведческого музея села Орлик. Прямо во дворе музея между двух стендов с "наглядной агитацией" развернули походную студию, взяв в качестве фона оленью шкуру - один из музейных экспонатов. К полудню воздух раскалился настолько, что едва не превратился в жидкость. К концу съемки мы уже с трудом отличали один предмет от другого.

К 17.00 нас ждал в гости (на чай, по его словам) глава администрации села Сорок Доржа Шагдуров. Узнав на собственном опыте, что означает в Оке приглашение на чай, мы не хотели опаздывать. После праздника с транспортом было, как и следовало ожидать, туго: уехали с явным опозданием на УАЗике-буханке. Во избежание неприятностей, всю дорогу шли не выше 30-40 км/час и в итоге опоздали на прием почти на полтора часа.

В администрации нас заждались: на крыльце сидели двое, беседовали и поглядывали на дорогу. Завидев "делегацию" участников экспедиции, они поспешно юркнули в здание, захлопнув дверь едва ли не перед самым нашим носом. Не успели мы потянуть ручку, как дверь распахнулась и оттуда вышли сам Доржа Михайлович и Валентина Ошорова, председатель Совета Ветеранов села, в национальных костюмах с пиалой молока в руках и голубыми хадаками, шелковыми шарфами, которые дарят почетным гостям и уважаемым людям. Сразу же стало понятно - одним чаем мы не отделаемся. Гостеприимные хозяева выставили на стол в основном молочные национальные блюда: начиная от аарса (кисломолочный продукт) и заканчивая густым зутран саем ("бурятским чаем"). Помимо хадаков каждому члену экспедиции подарили чай, считающийся в Окинской долине одним из самых ценных подарков, и статистические данные по Сорокскому сельскому поселению, которые мы давно
хотели получить.

24 июля. До приезда второй группы надо успеть проехать по долине реки Тустук, где живет дедушка Владимир Самаев, единственный в Оке, кто гадает по бараньей лопатке. Выехали на хорошо знакомом УАЗе Самбу Путункеева. Летник дедушки Самаева находится в местности Болдоктэ, что в переводе означает "Бугорок". Самаевы готовились к отъезду в Иркутск на свадьбу Даримы, внучки Владимира Дамдиновича, и мы застали их практически в дверях дома. Нас встретил сам хозяин, его жена Долгор Ошоровна, их сын Алексей и трое внуков - Владимир, Дамдин и Роман.

Дед Владимира Самаева тоже был лекарем и умел гадать по лопатке. Это умение обычно передается от родителей детям. По словам самого дедушки, младший внук Владимир, "Вовка-морковка", как его дразнит Роман, обладает подобным даром.

Сверившись с буддийским лунным календарем, дедушка Самаев, попросил нас положить в эту ночь приготовленные бараньи лопатки под подушку. Заботливый Бадма достал каждому из нас по две штуки, и в течение полутора недель мы носили их в рюкзаках.

25 июля. С вечера мы договорились встать в 8 утра, чтобы подготовиться к гаданию. Его Владимир Дамдинович должен был проводить после завтрака. Бадма больше всех беспокоился о том, чтобы мы не проспали. Проснулись мы в 8.30 от стука пустого ведра. Накануне засиделись допоздна так, что Рома прозевал утреннюю дойку. Около 10.00, когда мы уже как полтора часа ждали приглашения дедушки, в летник торопливым шагом вошел Бадма и спросил: "Только встали?" Не сговариваясь, мы в один голос засмеялись.

Вскоре Владимир Дамдинович пригласил нас в дом. Возле забора уже стоял небольшой столик, на котором был разложен можжевельник (арса). Мы "побрызгали" молоко духам местности, зажгли ветку можжевельника и по тому, как она начала тлеть, дедушка Самаев увидел, что гадание пройдет успешно. Нас угостили чаем, и после этого в сенях у печки дедушка выбрал те лопатки, по которым можно гадать.

На несколько минут их опустили в котел с горячей водой. Тем временем на гадание собралась вся семья. Владимиру Дамдиновичу помогал сын Алексей. Назначили очередность гадания. Всякий раз дедушка вынимал лопатку из котла, отдавал ее хозяину, прося думать о желаемом, затем осматривал лопатку, клал ее на угли в печь и ждал, пока она начнет гореть. Через некоторое время он вынимал лопатку, рассматривал ее на просвет и рассказывал каждому из нас о прошедших событиях из нашей жизни и событиях грядущих. Все гадание длилось около часа.

Остаток дня мы ждали приезда Булата и Вячеслава, двоих сыновей Владимира Дамдиновича, чтобы посмотреть на забой хайнака - мясо отвезут в Иркутск на свадьбу. Туда же возьмут живого барана. Слава приехал часов в 9 вечера вместе с Бадмой, который сразу после гадания ушел в гости на соседний летник. Не успели они выйти из машины, как Бадма побежал за топором, и мы поняли, что забивать хайнака будет он.

Пока шли приготовления, стало смеркаться, а сам забой, снятие шкуры и разделку туши мы снимали вообще в полутьме. Уже ночью, далеко за полночь, нас пригласили попробовать только что сваренное мясо. Оно подается в котле вместе с приправой из соленого дикого лука, а жирный бульон наливают в кружку отдельно.  В доме к тому моменту собралось 19 человек.

 

26 июля. Самаевы уехали на свадьбу в Иркутск, забрав с собой мясо и живого барана, которого мы поймали утром. Нам тоже пора в дорогу дальше по Тустуку в гости к самому крупному скотоводу Федору Сындеевичу Сонопову по прозвищу "Министр сельского хозяйства". Его летник - последний на Тустуке. Дальше дороги нет, только узкая тропа, ведущая через перевал на графитовый рудник. "Министерское" хозяйство насчитывает почти 200 яков, табун лошадей порядка 100 голов, УАЗ, ГАЗ-66, трактор и два летника с генератором и спутниковой тарелкой.

Наш побитый УАЗик с трудом, но все же пробился на первый летник, но перед вторым застрял, крепко засев задним мостом в болотной грязи. После 20 минут инженерно-саперных работ, навалившись всей толпой, мы сдвинули машину и еще полчаса летали по кочкам, пока не въехали на твердую почву перед низким летником, построенным едва ли не столетие тому назад.

Несмотря на большое хозяйство и солидный трудовой стаж, Федор Сындеевич славится замкнутостью: до сих пор он не отпускает пятерых взрослых сыновей одних в Сорок. Все они не женаты и почти не имеют друзей. Встретили нас прохладно, несмотря на то, что утром все вместе провожали Самаевых в Иркутск. Пожалуй, это первый случай, когда хозяева не пригласили нас в дом попить чай, но Федор Сонопов известен прежде всего тем, что настроение у него меняется, как погода.

Вечером собрались идти на солонцы, поохотиться на изюбря, но прийдя на место обнаружили там одного из сыновей Соноповых. "Я зимой сюда езжу, а УАЗика не хватает. Хочу на джип накопить", - бросил он. Охота сорвалась. Уходя, нам почудился запах одеколона. Позже Бадма подтвердил это: мы явно были нежеланными гостями.

27 июля. Погода в очередной раз наладилась, к полудню воздух прогрелся выше 35 С. Весь день
посвятили альпинизму - в очередной раз покоряли окрестные вершины, на этот раз скалистую горку, высотой 1950 метров, с которой открывается панорама долины реки Тустук. Всю дорогу наверх шли параллельно свежему медвежьему следу, постоянно переговариваясь по рации. На самой вершине спугнули двух грифов, грузно и нехотя взлетевших со скалы. Насчет горных подвигов пошутили, что у нас этнографическая экспедиция с элементами альпинизма.

28 июля. Соноповы перегнали весь скот на второй летник, оставив только табун лошадей. Больше нам здесь делать нечего, пора возвращаться в Сорок. Оттуда нам предстоит подняться на гору Тайлаган, одно из наиболее известных и старых мест поклонения сойотов. Она расположена напротив священной горы Ринчин-Хумба, подниматься на которую запрещено. Согласно поверью, Ринчин-Хумба - это спящий вулкан, а все попытки подняться на нее обречены на неудачу: какая бы ни была хорошая погода, она начинает портиться, стоит восходителю ступить на гору.
 

 

Август

29 июля. Неподалеку от Сорока находится озеро Саган-Нур. Саган в переводе с бурятского означает "белый". Озеро получило такое название из-за туманов, которые часто возникают над его поверхностью. На берегу Саган-нура мы оставили девушек, и вдвоем с Бадмой поехали на гору Тайлаган, на которой расположено старое святилище сойотов. Туда нас вызвался сопровождать Эрдэни Ошоров, летник которого находится в нескольких километрах от горы.

После долгого пологого подъема мы достигли вершины. Высота горы едва превышает 2000 метров. С нее открывается изумительная панорама Восточных Саян, которую практически не закрывают соседние горы. На самом верху на северном склоне Тайлагана возвышается сложенная из камней каменная гора, окруженная несколькими горками камней меньших размеров. Возле каждой из них кем-то оставлены резные деревянные лошади величиной около 15 сантиметров, деревянные стрелы, лук и гарпуны для ловли рыбы. В нише возле центральной каменной горы мы нашли полуистлевшие священные тексты на тибетском языке, а также алтарные принадлежности.

31 июля. Выехали встречать вторую группу в Иркутск. По дороге заехали в гости на Саянскую солнечную обсерваторию. Девушки остались там на сутки, а мы поехали дальше в Иркустк. Для посещения обсерватории нужен пропуск, т.к. она находится в пограничной зоне. В прошлом году процедура получения этой заветной бумаги заняла почти два часа, но в этот раз хватило звонка с заставы на Часовые сопки. Нас узнали, и часовой разрешил ехать, даже не потребовав заполнения бумаг.
 

1 августа. Время "Ч" настало для нас в 5:40 по местному времени, когда в аэропорту Иркутска приземлился рейс из Москвы, на котором прилетели ребята. Бесконечная череда рюкзаков, баулов и гермомешков, мелькающих перед глазами... К вечеру добрались в Сорок. Суета, новые люди, вести с Большой земли и распросы до глубокой ночи.

 

2 августа. Всей командой поехали к Юре и Цыбык Шараевым, чтобы ребята смогли увидеть оленей. Это единственный для них шанс, ведь уже 5 августа Юра с семьей уедут на сенокос, и олени отправятся на вольный выпас до середины сентября. По дороге заехали в гости в Бато Дондокову, у которого мы снимали изготовление традиционного шерстяного матраса.

Маша и Настя вместе с Ринчином и Настей Самаевой на лошадях уехали в гости к Булыту а Рае Дондоковым. Для нашей Насти это последняя возможность повидаться с ними в этом году: 8 августа ей надо уезжать в Красноярск.

К Шараевым приехали уже в сумерках, часов в 10 вечера, увязнув обоими мостами в глубокой грязи метрах в 500 от их домика. Провозившись почти час, мы еле-еле вырвали машину из коричневой жижи, прибегнув к старым средствам: бревну и непечатной лексике. Палатки ставили едва ли не на ощупь, а последний кол вбили в землю незадолго до полуночи.

3 августа. С утра над фермой, как обычно здесь бывает в это время, протягивало туман. Самые шустрые фотографы успели заснять, как под "крышу дома своего" вернулся только один тофаларский бык. Зато стоило выглянуть солнцу, как с гулким топотом звеня колокольчиками под навес прибежало все стадо. Юра посетовал, что за те две недели, что нас не было у Шараевых, волки зарезали трех оленят, родившихся в этом году.

Обратный путь был во много раз легче. На зимнике у Бато Дондокова мы оставили Алексея Голубцова, который будет снимать в Уро сенокос. Вновь мы увидим его только 12 августа, когда вернемся из Долины вулканов. Уезжая, наш грузовик сделал круг почета вокруг двора Дондоковых, и Леша в салатовой футболке помахал нам рукой на прощание.

4 августа. К 8.30 утра за нами заехала Газель, которую мы в течение часа загрузили продуктами, вещами и оборудованием. Бадма провожал нас до Орлика. Не успели отъехать от Сорока, как Лобсон Ангархаев, сидевший за рулем, затормозил и, выпрыгнув из машины, бросился к стаду коров, мирно пасшемуся на лужайке. Вслед за ним выскочил Бадма, и оба крича, размахивая руками и забрасывая коров камнями, погнали скотину по дороге, поднимая клубы пыли. Оказалось, что чужие коровы зашли на покос Лобсона и стали поедать его сенокосные угодья. Преследование буренок, начавшееся пешком, продолжилось на автомобиле. Наконец, километрах в пяти от места преступления, Лобсон счел покос спасенным, и мы двинулись дальше.

В Орлике нас ждал Норбо-лама и здоровенный КАМАЗ, на который за ночь установили будку и колеса от УРАЛа, отчего он напоминал БТР. Выехали около 16.00 с двумя водителями и Арга-ламой, братом Норбо-ламы. На подъезде к селу Саяны машина ненадолго остановилась возле вырезанного из дерева лебедя - священной птицы хонгодоров.

Следующипе 30 ехали нормально, временами подпрыгивая на ухабах. Наконец приехали в Хутыл, где по сути заканчивалась нормальная дорога. Там мы взяли проводника и двинулись по болотистой, местами донельзя разбитой тяжелыми машинами низине. Впрочем, наша попытка сходу взять это препятствие потерпела фиаско - на топком участке тяжелый КАМАЗ намертво сел "на брюхо" задним мостом. Все наши попытки вытащить машину были тщетны. Мы разбили лагерь, разожгли костер и стали ждать подмоги в виде двух ЗИЛов, которые должны были пройти мимо ночью.

ЗИЛы пришли уже под утро, зацепили наш КАМАЗ лебедками и попытались вытянуть. Самое большое, что им удалось сделать - раскачать машину на 20-30 сантиметров, после чего лопнул один из тросов. Пообещав вернуться с подмогой в обед, ЗИЛы ушли в Орлик, а мы завалились спать, окончательно потеряв надежду сдвинуться с места в ближайшие сутки.

5 августа. Проснувшись, наши водители начали откапывать задний мост, а мы пошли договариваться насчет лошадей, т.к. в сложившейся ситуации это был единственный способ добраться до Хойто-Гола и дальше в Долину вулканов. ЗИЛы вернулись к 16.00, из одного из них выпрыгнул Норбо-лама, который, не дождавшись нашего звонка, организовал спасательную операцию. После проведенных Нанзытом и Доржо (водителями КАМАЗа) инженерных работ, увязшую железку вытащили с первого раза. Дальнейший путь мы продолжили на ЗИЛах, следом за которыми скакали нанятые лошади. В Хойто-Гол мы попали под самый вечер, порядком растрясясь по дороге. Вечером Настя решила остаться с нами до 13 августа.

6 августа. Ночью ЗИЛы ушли обратно в Орлик, пообещав забрать нас 10 августа. Утром Норбо-лама провел специальный ритуал, обратившись к духам местности с просьбой помочь нам перейти через горный перевал.

После обеда мы вышли в путь, погрузив оборудование и продукты на лошадей. До самого перевала над нами светило солнце, но стоило выйти на плоскогорье, как задул ветер и небо стало стремительно затягиваться темно-серой пеленой дождевых облаков. Мы едва успели спуститься вниз, как пошел дождь. Тропа буквально на глазах превратилась в грязное месиво, густо чавкающее под копытами лошадей и нашими ногами. Потоки воды лились больше двух часов до тех пор, пока мы не достигли зимовья, расположенного в 3 километрах от вулкана Перетолчина. Там мы смогли наконец-то просушить мокрые вещи и понять, что из продуктов оказалось безвозвратно потерянным. По дороге встретили единственную палатку, в которой стояли туристы из Иркутска.

7 августа. Просушка пошла на пользу - путешествие к вулканам было приятным. Весь день держалась переменчивая погода, по земле бежали причудливые тени от облаков, подчеркивавшие вулканический рельеф. Мы поднялись на вулкан Перетолчина, спустились в кратер и под моросящий дождь ушли к соседнему вулкану Кропоткина, оставив проводников с лошадьми возле тропы. Лавовое поле поросло ягелем, баданом и редкими кустами голубики - это единственные растения, сумевшие прижиться на пористой хрупкой породе. Деревья, вросшие в лаву можно буквально пересчитать по пальцам.

К вечеру небо окончательно прояснилось, и наконец-то можно было спокойно снимать, не пряча камеру то и дело в рюкзак.

8 августа. Мы разделились на три группы: одна ушла пешком искать могилу горного инженера Сергея Перетолчина, погибшего в 1914 году в Долине вулканов, другая на лошадях поехала по Долине, чтобы снять панораму Жомболока, а третья осталась на хозяйстве в лагере. Вечером вернувшиеся ребята рассказали, что у вулкана Перетолчина стоит порядка 10 палаток. Там же сидят туристы, оторвавшиеся от основной группы, и оставшиеся без продуктов, палаток и спальников. Наши проводники Володя и Марат решили отвезти ребятам с котелок и топор.

9 августа. После 14.00 свернули лагерь и вышли двумя группами, пешей и конной, на Хойто-Гол. На источники попали уже под вечер. Там за время нашего отсутствия был разбит целый палаточный лагерь на 80 человек.

 

10 августа. В 9.30 за нами приехал ЗИЛ-131 и уже к 18.00 мы вернулись в Орлик, порядком шокированные видом цивилизации. Еще из Долины вулканов мы позвонили в администрацию и заказали машину на 20.00, но в записке, которую получил Бадма значилась только дата - 10 августа. О времени нашего приезда не было сказано ни слова. Прождав машину до 21.00, мы позвонили частникам, на что получили ответ: "Если мы сочтем поездку выгодной, то пришлем машину", который нас, естественно, не устроил. Пришлось ехать к Булыту Владимировичу Балданову, заместителю главы администрации Окинского района по вопросам сельского хозяйства. Через полчаса Булыт приехал к дугану, во дворе которого лежали наши вещи и скомандовал начать погрузку.
 

11 августа. Впервые, начиная с 1 августа выспались. После обеда погрузили три рюкзака, спальники и палатки на лошадь и пошли на озеро Саган-Нур. Надеялись дойти без приключений, но не тут то было: одна группа сделала почти 1,5-километровый крюк, другая с лошадью во главе отвернула с дороги раньше и в конечном итоге потерялась на бескрайних просторах лесистых подступов к Саган-Нуру. Отправленная на поиски спасательная партия , к счастью, довольно быстро отыскала пропавшую лошадь и вещи. Мы разбили лагерь, разожгли костер и принялись готовить ужин.

Ночь выдалась теплая и на удивление ясная, хотя под утро появились облака. Над головой до самого утра падали Персеиды...

12 августа. К 11 утра Сережа, сын Бадмы, должен был пригнать для нас лошадь из Уро, где Дондоковы докашивали сено. Прождав до 13.30, мы решили разделиться: одна группа пошла за лошадьми, а  другая отправилась на водопад вдоль восточного берега Саган-Нура. Спустившись вниз, мы договорились с семьей Наханцаковых, и уже через полтора часа были дома. Ребята вернулись под вечер, поужинали и стали упаковывать вещи перед завтрашним отъездом.
 

13 августа. В 6.30 в наш двор въехала хорошо знакомая желтая "Газель", ребята подхватили рюкзаки и баулы и побежали к машине. Вещи уложили на удивление быстро, так же быстро попрощались, тем более, что в Сороке оставались лишь двое - Маша Игнатова и Андрей Безлепкин. С этой же машиной Алексей Голубцов и Таня Корчагина на два дня уезжали на озеро Окинское, из которого берет начало река Ока, протекающая по всему Окинскому району. Остальные участники покидали Окинскую долину. Обратно мы ждали "Газель" в ночь с 14 на 15 марта. С ней должна была вернуться в Сорок Лера Пономарева.

14 августа. Уже два дня мы только и делаем, что ничего не делаем. Используем короткое затишье, чтобы отдохнуть и выспаться. Позвонили в Иркутск Лере - она задерживается и сможет быть в Сороке только 16 августа.

15 августа. Ночью вернулась машина из Иркутска, забрав Лешу и Таню у озера Окинского. Завтра хотим съездить в село Орлик в дуган, построенный в начале прошлого века. К вечеру ждем из Иркутска Леру. 17 августа мы поедем на летник Улзыты, откуда на лошадях отправимся на заброшенный графитовый рудник Батагол, где пробуем несколько дней. От Батагола мы планируем добраться до зимников, расположенных по реке Хончин.
 

 



Просмотров страницы: 18262


Фото: Андрей Безлепкин
Фото: Андрей Безлепкин

Фото: Андрей Безлепкин
Фото: Андрей Безлепкин

Фото: Андрей Безлепкин
Фото: Андрей Безлепкин

Фото: Андрей Безлепкин
Фото: Андрей Безлепкин

Фото: Андрей Безлепкин
Фото: Андрей Безлепкин

Фото: Андрей Безлепкин
Фото: Андрей Безлепкин

Фото: Андрей Безлепкин
Фото: Андрей Безлепкин

Фото: Андрей Безлепкин
Фото: Андрей Безлепкин

Фото: Андрей Безлепкин
Фото: Андрей Безлепкин

Фото: Андрей Безлепкин
Фото: Андрей Безлепкин

Фото: Андрей Безлепкин
Фото: Андрей Безлепкин

Фото: Андрей Безлепкин
Фото: Андрей Безлепкин

Фото: Андрей Безлепкин
Фото: Андрей Безлепкин

Фото: Андрей Безлепкин
Фото: Андрей Безлепкин

Фото: Андрей Безлепкин
Фото: Андрей Безлепкин

Фото: Андрей Безлепкин
Фото: Андрей Безлепкин

Фото: Андрей Безлепкин
Фото: Андрей Безлепкин

Фото: Андрей Безлепкин
Фото: Андрей Безлепкин

Фото: Андрей Безлепкин
Фото: Андрей Безлепкин

Фото: Андрей Безлепкин
Фото: Андрей Безлепкин

Фото: Андрей Безлепкин
Фото: Андрей Безлепкин

Фото: Андрей Безлепкин
Фото: Андрей Безлепкин

Фото: Андрей Безлепкин
Фото: Андрей Безлепкин

Фото: Андрей Безлепкин
Фото: Андрей Безлепкин

Фото: Андрей Безлепкин
Фото: Андрей Безлепкин

Фото: Андрей Безлепкин
Фото: Андрей Безлепкин

Фото: Андрей Безлепкин
Фото: Андрей Безлепкин

Фото: Андрей Безлепкин
Фото: Андрей Безлепкин

Фото: Андрей Безлепкин
Фото: Андрей Безлепкин

Фото: Андрей Безлепкин
Фото: Андрей Безлепкин

© 2002-2013 Фотобанк "ГеоФото" - Национальный фотоархив. Все права защищены.
Агентство Авторской Фотографии. Свидетельство о регистрации СМИ: Эл № ФС77-50557
Москва, ул. Золоторожский Вал, д. 32, стр. 4, оф. 301-308, Тел: +7 (495) 648-47-01
geophoto@geophoto.ru

Реклама на сайте